Блог Игоря 'delitrem' Горячева

Бортовой самописец одного городского сумасшедшего...

разружение

25 февраля 2017 - 4 мин. на прочтение - Комментарии - творчестворассказики

На дворе стояла кромешная февральская ночь. Тишина и благодать. Мокрый снег скоропостижно ложился на грязную мостовую (тротуары) и тут же таял – температура была плюсовая. В домах спального района такого-то не горел свет практически ни в одном окне, большинство нормальных людей давным-давно уже сладко спали в своих уютных кроватках и видели свои интересные сны. Лишь только где-то в глубине старого парка тихонько завывал на невидимую из-за облачности луну бездомный пёс. По МКАДу проносились ночные фуры, жёлтые такси и другие машины. Казалось, что будто бы ничто и никогда не могло потревожить безмятежный сон спального района на самой окраине нашего прекрасного города. Но не тут-то было! Дичайший вопль разбудил жителей района, что те моментально повставали из-под своих тёплых одеял и мгновенно прильнули к своим запотевшим окнам, чтобы понять, что именно происходит, и где источник этого недоразумения. А дело в том, что какой-то пьяный и/или сумасшедший человек средних лет забрался на крышу дома такого-то по улице такой-то и вёл себя нехарактерно и крайне вызывающе. В одной руке он держал зимний рыболовный ящик, в другой – ледобур Mora. Голосил примерно следующее: “Люди, я – такой-то, обращаюсь к вам, жителям района называемого так-то! Позвольте от всей души поздравить вас с началом всеобщего разружения!” Сказав эти слова, он кидает ледобур с крыши стольки-этажного дома, ледобур пробивает крышу стоящего под окнами фольксвагена, начинает реветь охранная сирена. Человек средних лет с радостью декламирует, изо всех сил пытаясь голосом подражать известному диктору: “От советского информ-бюро! Работают все радиостанции спального района такого-то! Воздушная тревога, сейчас полетят на грешную землю японские балансиры Mebaru!” Открывает рыболовный чемодан, достаёт оттуда коробку с балансирами Mebaru и выбрасывает их нахуй. Балансиры летят с крыши стольки-этажного дома и приземляются где-то во дворе. “Но это ещё не всё!” – продолжает кричать пьяный и/или сумасшедший человек средних лет с полуседой бородой, безумнейшими глазами и явно нездоровой улыбкой на лице. “Сейчас полетят балансиры Lucky John! Вторжение из Литвы (Латвии)!” Роется в ящике, находит коробку с балансирами данной марки и на глазах у изумлённых жителей спального района такого-то, прильнувших к своим запотевшим окошкам, делает с ними абсолютно тоже самое, что и с балансирами Mebaru. Россыпью летят и падают где-то. Там-то. “Теперь коронный номер – раттлины разных фирм, от самых китайских до самых японских. Супер-уловистые! Всех нахуй!” Сказано-сделано, как говорится. Берёт и россыпью кидает все свои бывшие раттлины с крыши дома такого-то с таким-то количеством этажей. Ведь, этажей на самом деле столько-то, но есть ещё и один технический этаж, где проживает без московской прописки семейство мадагаскарских тараканов, засохший голубиный помёт и дохлые мумии кошек, замурованных там когда-то специально. Затем-то. “Напоследок позорные балансиры Rapala с отваливающимися хвостиками! Финны нападают! Поберегись!” За этими словами следуют решительные действия: человек роется в чемодане, достаёт коробку с балансирами Rapala и россыпью выкидывает с крыши, слышно, как они падают на грешную землю. “Почти всё. Остался только старый немецкий термос, не держащий температуру, поэтому нахуй!” Кидает термос, который в свою очередь приземляется на голову владельца орущего фольксвагена, седого усатого дедка-пердунка, чем-то похожего на одного из бывших спикеров госдумы, вышедшего посмотреть (и охуеть) на то, что случилось с бывшей крышей его машины. Он моментально падает и от страха засыпает вечным сном. “Ну, и хуй с ним… Так-так-так, что у нас тут ещё? Остаётся всякая мелочь и эхолот Практик. Мелочь я выброшу нахуй, а эхолот – заебок. Я себе его оставлю на память, на память о начале славной традиции всеобщего разружения! Буду реверсить прошивку.” С этими словами он кладёт себе эхолот к себе в карман, а перед этим читает, что там написано: “Ух, ты, ёптыть! Мейд ин Раша, а я и не знал! Ведь, могут, когда захочут! Не только ракеты умеем делать, да модульные храмы, но и эхолоты! Пригодится ещё…” Убирает в карман вместе с датчиком на проводе. “Осталась мелочь всякая паскудная, поэтому вместе с чемоданом нахуй!” И чемодан действительно отправляется туда-то, как и было обещано. Выбросив чемодан, человек со спокойной совестью как ни в чём не бывало, отправляется вниз в свою квартиру минуя технический этаж с тараканами, голубиными продуктами жизнедеятельности и дохлыми кошками. Люди, поражённые до глубины души произошедшим в столь поздний час, постепено отходят от своих запотевших окошек и возвращаются в свои тёплые уютные постельки, где продолжают обнимать своих плюшевых игрушек и видеть свои замечательные сны. Пёс в старом парке, тоже весьма охуевший от произошедшего события, невольным свидетелем которого он оказался, продолжает тихонько завывать на невидимую (мнимую) луну, спутник нашей грешной планеты, чем-то похожий на наше всё с его неиллюзорными бакенбардами и острым, как чилийский перец, языком. На грязный асфальт всё также продолжает сыпаться мокрый снег, но уже образующий ледяную корку (т.к. похолодало), на которой запросто можно спотыкнуться и стукнувшись головой о бордюр, стать навечно дураком и/или пьяным. И снова воцарилась тишина и благодать. И это очень прекрасно.